Знаменитый «мулдашевский» центр в Башкирии превращается в периферийную больницу?

Содержание статьи

Из центра ушли или были уволены 25 профессиональных докторов

Верховный суд Башкирии отказал в удовлетворении иска о защите чести и достоинства директору Всероссийского центра глазной и пластической хирургии Радику Кадырову. Г-н Кадыров настаивал, что наше издание и знаменитый на весь мир профессор Эрнст Мулдашев опорочили его репутацию, принеся невыносимые моральные страдания, которые он оценил в 2,5 млн рублей.

Врачебные ошибки

Однако и Ленинский районный суд Уфы, а затем и Верховная Фемида Башкирии отказали г-ну Кадырову в его притязаниях, подтвердив, что все написанное журналистами — правда.

В публикации, которая так не понравилась руководителю созданного Эрнстом Мулдашевым центра, речь шла о том, что как только Радик Кадыров возглавил всемирно известное медицинское учреждение, здесь начались странные дела. Первое, что сделал назначенный директор, он удалил от какого-либо влияния основателя центра — доктора Мулдашева, запретив ему официальным циркуляром «вмешиваться в кадровую, финансовую, административно-управленческую и хозяйственную деятельность». А потом и нейтрализовал всю его команду. За минувшие два года из центра ушли или были уволены 25 профессиональных докторов, многие из которых имеют мировые имена.

Ирония в том, что Радика Кадырова можно причислить к когорте учеников светила мировой офтальмологии, несмотря на то, что сам он теперь Эрнста Мулдашева наставником не считает. Однако в свое время именитый профессор рекомендовал его на пост руководителя клиники. И надо же так тому случиться, что известный библейский сюжет воплотился в Уфе. Похоже, ученик не только предал своего учителя, но и, вполне вероятно, пошел на это из-за пресловутых 30 сребреников.

Эрнст Мулдашев — изобретатель уникальной регенеративной медицинской методики — восстановления поврежденных тканей с помощью аллопланта. Вот из-за этого изобретения, возможно, и началось преследование знаменитого доктора.

Эрнст Мулдашев, как любой талантливый человек — не от мира сего. В свое время он оформил патент на свое ноу-хау не на себя, а на созданный им центр. Уникальную методику хотели бы заполучить все ведущие клиники мира, а в Америке, по словам Эрнста Рифгатовича, готовы были купить ее за 220 млн долларов. И как-то так вышло, что дочь Радика Кадырова — гражданка США, которая вполне может провести все необходимые переговоры с местными больницами, жаждущими аллоплант. Не менее удивительно, что в помощниках гендиректора ходит некий Айдар Ахунов, который является фигурантом сразу трех уголовных дел за вымогательство.

Интересно, что, когда г-н Кадыров отправился в суд, чтобы отстоять свою, как ему казалось, поруганную репутацию, он требовал признать несоответствующей действительности информацию, что его дочь живет в Соединенных Штатах. На что надеялся Радик Завилович, опровергая этот факт: что дочь отречется от него или порвет свой американский паспорт?

Зато сведения о том, что директор центра устроил на работу свою жену, которая получает зарплату больше, чем остальные сотрудники, и еще четырех своих родственников, которых также не обидел жалованьем, г-н Кадыров почему-то не оспаривал. Наверное, потому, что понимал, что здесь его журналисты поймали за руку.

Но особенные нравственные страдания директору центра принес рассказ о том, что он живет в огромном особняке с охраной в элитном коттеджном поселке, а Эрнст Мулдашев — в обычной двухкомнатной квартире. Это так уязвило г-на Кадырова, что он надеялся доказать в суде, что квартира Эрнста Рифгатовича — не «обычная», а составляет, по данным г-на Кадырова, 102 квадратных метра. Что здесь так возмутило Радика Завиловича, осталось непонятным даже судьям. Может то, что жилище прославленного доктора составляет меньше трети от его загородного дома? Или что профессор, основавший клинику, вылечивший десятки тысяч человек и давший миру уникальные технологии лечения, в принципе не может иметь квартиру, а должен жить на работе?

Впрочем, по уровню претензий можно прийти к мнению, что доктору Мулдашеву пришлось столкнуться с мракобесием в чистом виде, когда ревность, зависть и злость затмевают все человеческое.

Умыли руки

Однако, несмотря на то, что представители и районной, и верховной Фемиды отбрили директора клиники, пожелавшего наказать светоча медицины через суд, эта тяжба, похоже, ничему не научила г-на Кадырова.

— В клинике по-прежнему продолжается преследование людей, которые работают в моей команде, — сетует Эрнст Мулдашев. — Наветы, кляузы, наушничество — вот, что сегодня процветает в центре, ранее известном на весь мир. Уникальность центра находится под угрозой — в профессиональном плане мировая клиника превращается в обычную периферийную больничку.

Чему, впрочем, можно найти объяснения, если задаться вопросом: как стараниями гендиректора здесь закрылись восемь новаторских перспективных отделений, таких как регенеративная терапия и омоложение, ортопедия, регенеративная стоматология, психофизиологическая коррекции зрения, визометрия и другие? И только потому, что все они работали по мулдашевским методикам?

Правда, все пациенты до сих пор называют клинику «мулдашевской» и рвутся сюда со всего мира.

— К сожалению, у нас в Казахстане докторов такого уровня, как Эрнст Мулдашев, нет, — объясняет Гульнара Байбекова, которая вместе с мужем, несмотря на закрытые из-за коронавируса границы, смогла прорваться на перекладных в Уфу из Алматы, преодолев 2,5 тысячи километров. — Оперироваться у профессора Мулдашева для меня — последний шанс. Сегодня время работает против меня.

Гульнаре поставили диагноз «острый неврит зрительного нерва». Хирургически восстанавливать это поражение во всем мире научился только Эрнст Рифгатович, разработав собственную методику субсклерального шунтирования. Это высочайшее достижение микрохирургии, когда придуманный профессором насос отсасывает отек, который сдавливает зрительный нерв. И эта технология спасла зрение многим людям.

— Но это очень тонкая, очень сложная операция, которая делается фактически с помощью чувств на кончиках пальцев, — рассказывает профессор. — И делать ее следует на одном дыхании в стерильнейших условиях, так как головной мозг очень близок к оперируемому месту — одно неверное движение может убить. Кроме того, и промедление здесь смерти подобно, потому что отек может уничтожить нерв за несколько дней.

Но так случилось, что в марте этого года главный операционный блок, где 20 лет без единого гнойного осложнения оперировал Эрнст Мулдашев, закрыл Роспотребнадзор, выписав руководству клиники предписание устранить все выявленные недостатки. На дворе уже конец октября, а выполнять предписание, похоже, никто не торопится. И можно догадаться почему: ведь в главном операционном блоке делались все знаменитые сложные мулдашевские операции, которые невозможно, да и просто опасно проводить в другой операционной, находящейся рядом с гнойным ЛОР-отделением и не имеющей нужной стерильности.

И теперь, зная характер директора клиники, можно предположить, что закрытие операционной совпало с его интересами «изолировать» ненавистного профессора.

Только если это действительно акт мести, то в таком случае директору было бы нелишним задуматься, что неисполнение предписаний надзирающего органа влечет административную ответственность, а если из-за бездействия руководителя умрет человек, то и уголовную. И как может быть воспринята ситуация, когда многим больным закрывается доступ к единственно возможному лечению и по сути последнему шансу выздороветь, за которым они едут в знаменитый глазной центр в Уфе? Профессор Мулдашев делает около тысячи операций в год, значит, столько людей может потерять возможность обрести зрение.

— Пациентку, приехавшую из Казахстана, мне пришлось прооперировать в этой неприспособленной для сложных вмешательств операционной, потому что эта операция была ургентной — то есть срочной, — рассказывает доктор Мулдашев. — Любое промедление отнимало у нее шанс восстановить глаза. Но чего мне стоило оперировать в нестерильных и неприспособленном для таких операций условиях! И самое главное, я очень боялся за жизнь пациентки, потому что любое инфекционное осложнение для нее стало бы смертельным.

С Гульнарой из Казахстана несчастья не случилось. Сегодня она восстанавливается после сложнейшей операции и уже начинает видеть очертания предметов. Она не останется слепым инвалидом, которым могла стать, если бы мужественно не преодолела все преграды и не оказалась в руках Эрнста Мулдашева.

А ведь профессор Мулдашев и его золотые руки хирурга — достояние республики, которое нужно хранить и оберегать. Однако все в точности до наоборот. Как можно спокойно смотреть на то, что основателя знаменитого на весь мир медучреждения лишили операционной, медсестер, кабинета, связи, а теперь еще и отобрали… машину?

— С работы меня вечером иногда кто-нибудь подбрасывает, — рассказывает Эрнст Рифгатович. — На работу езжу на такси или подвозит жена.

Но, похоже, это не единственное издевательство, которому подвергается человек, чьему дарованию поклоняется весь мир.

На минувшей неделе доктор Мулдашев прооперировал 12 человек в Ишибайской районной больнице совершенно бесплатно. Хирург принял участие в благотворительной акции, посвященной Дню города. Во время операций доктор использовал изобретенный им аллоплант. И теперь 113 тысяч рублей, стоимость этого расходного материала, по разумению директора центра Радика Кадырова, может выплатить старшая медсестра, которая его получала для того, чтобы ишимбайцы обрели зрение.

— Я уже написал письмо директору, что возьму эти расходы на себя, — говорит Эрнст Рифгатович. — К сожалению, в руководящем кресле центра, по моему мнению, оказался непробиваемый бюрократ. Но если бы все решала бюрократия, науки бы не было.

Похоже, г-н Кадыров в суете бюрократических дней забыл, что здание центра строила республика, вложив внушительные средства, а его управленческая работа и нынешнее директорское кресло вряд ли бы стали реальностью без успехов, талантов и пробивных способностей Эрнста Мулдашева.


Источник: ufa.mk.ru
Медицинский центр доктор захарова уфаМиллионы из кислорода
Медицинский центр доктор захарова уфаСледственное управление Следственного комитета по Ростовской области разбирается в причинах массовой смерти сразу 13 пациентов и главврача городской больницы № 20. Версия о том, что их смерть связана с нехваткой медицинского кислорода, остаётся рабочей. Как выяснил Лайф, в Ростове сложилась странная ситуация с поставкой кислорода: на рынке правят бал частники, диктующие больницам свои условия и цены. Главного поставщика кислорода, в том числе и для больницы № 20, надзорные органы уже ловили на нарушениях. Избавиться от этой зависимости больницы не могут — с подачи местного Минздрава государственную кислородную станцию законсервировали, потому что якобы выгоднее покупать кислород у коммерсантов.

Миллионы из кислорода. Как чиновники в Ростове помогли частникам зарабатывать на больницах

" src="https://static.life.ru/publications/2020/9/28/815096923628.441-2400x.jpg" loading="lazy" style="width:100%;height:100%;object-fit:cover"/>

Следственное управление Следственного комитета по Ростовской области разбирается в причинах массовой смерти сразу 13 пациентов и главврача городской больницы № 20. Версия о том, что их смерть связана с нехваткой медицинского кислорода, остаётся рабочей. Как выяснил Лайф, в Ростове сложилась странная ситуация с поставкой кислорода: на рынке правят бал частники, диктующие больницам свои условия и цены. Главного поставщика кислорода, в том числе и для больницы № 20, надзорные органы уже ловили на нарушениях. Избавиться от этой зависимости больницы не могут — с подачи местного Минздрава государственную кислородную станцию законсервировали, потому что якобы выгоднее покупать кислород у коммерсантов.

Трагедия произошла в ночь на 12 октября в ростовской больнице № 20, куда теперь отправляют больных с коронавирусом. Анестезиолог-реаниматолог Артур Топоров, который в ту ночь заступил на дежурство, рассказал Лайфу, как всё произошло.

— В эту ночную смену на нас, двух докторов, приходилось 25–27 больных. С самого начала смены в 21:00 кислород снижался. После звонка в кислородную ситуация поправилась, но нормального давления достичь не удалось. С 22:10 кислородная стрелка упала до нуля. Кислородная служба отметила тот факт, что кислорода нет. Руководство больницы было информировано о сбоях в подаче кислорода. Возможно, что к поставщику кислорода есть вопросы. За сутки 11 октября в нашей реанимации умерло семеро. А во втором моногоспитале в отделении реанимации, со слов докторов, ещё шесть человек скончались, — рассказал Топоров.

Врач говорит, что перебои в снабжении больных кислородом в больнице № 20 случались и прежде. Хотя по нормативам, и тем более в период пандемии, кислорода всегда должно быть в избытке. Впрочем, ещё 15 октября тогда ещё министр здравоохранения Ростовской области Татьяна Быковская призналась, что "на 100% обеспечены кислородом лишь 70% коек".

Сейчас Следственный комитет пытается понять точную причину и очертить круг потенциальных виновников этой трагедии. Впрочем, высокопоставленные медицинские чиновники дожидаться результатов не стали: свои должности уже оставили глава областного Минздрава Татьяна Быковская, занимающая кресло министра с 2004 года, и руководитель горздрава Ростова-на-Дону Надежда Левицкая.

Все надежды умерли за ночь. Родные задохнувшихся пациентов ковидной больницы рассказывают одинаковые истории

Версия о том, что люди погибли из-за недостатка кислорода, может быть вполне реальной. Как выяснил Лайф, на 2020 год больница № 20 закупила у своего постоянного поставщика — фирмы "Оксиген" — в полтора раза меньше кислорода, чем годом ранее: 25,3 тыс. баллонов на год вместо 38,5 тыс. Это следует из документов закупок больницы.

Но в 2020 году Россию накрыла пандемия коронавируса, и медицинский кислород стал жизненно важным и самым востребованным препаратом, в том числе и в Ростовской области. Необходимо было срочно пересмотреть контракты, потому что поставщики не всегда имеют возможность оперативно реагировать на возросшие объёмы.

Лайф выяснил, что в сентябре 20-я больница стала докупать медицинский кислород, причём по более дорогой цене. Интересно, что впервые за несколько лет к больнице допустили других местных поставщиков кислорода. Например, фирму "Спецхимтранс", которая продаёт кислород по цене 458 рублей за баллон. "Оксиген" до последнего времени продавал баллон за 432 рубля.

В ситуации с обеспечением медицинским кислородом в больнице № 20 есть странности, на которые должен обратить внимание Следственный комитет. Так, менеджер одной из кислородных компаний Ростова, который заправляет баллоны в соседнем с Ростовом Новочеркасске, рассказал Лайфу, что с сентября этого года неоднократно встречает на станции машины из этой больницы. Он утверждает, что больница забирает там большие объёмы.

— Мне непонятно, куда они столько газа берут и куда его девают. Ведь по правилам, если ты, например, заправляешь 100 баллонов, то, значит, должен привезти на заправку столько же пустых. И так каждый день. Нет там столько больных, чтобы такое их количество расходовать, — рассказал собеседник Лайфа.

Он предполагает, что представители 20-й больницы стравливают газ из большей части ёмкостей, чтобы закупать за бюджетные деньги новые партии. Если это так, тогда следствию необходимо выяснить, кто из руководства больницы подаёт объёмы закупок кислорода и кто из чиновников местного Минздрава одобряет их оплату.

Фото © ТАСС / Александр Демьянчук

Крупнейшим поставщиком кислорода для медучреждений Ростова-на-Дону и области, в том числе и для 20-й больницы, является местная компания "Оксиген". Судьба этой фирмы очень примечательная: когда строили городской перинатальный центр, то через дорогу от него, на улице Бодрая, дом 88/35, возвели и кислородную станцию. Оттуда к ПЦ провели трубы для перегонки кислорода.

Вскоре государственная кислородная станция волшебным образом стала частной — ООО "Оксиген". Её владельцем в своё время были бывший заместитель главного врача 2-й больницы Олег Столяров и замглавврача больницы скорой медицинской помощи Ростова Александр Редькин. В 2010 году в "Оксигене" появилась третья собственница — Жанна Гомелаури. Ещё через четыре года она осталась единственным владельцем фирмы.

С тех пор дела фирмы идут в гору. Из года в год растёт количество госзаказов на поставку кислорода и доходы от них. Клиентами "Оксигена" являются как ростовские городские медучреждения и станции скорой помощи, так и районные областные больницы. К концу 2018 года фирма взяла 12 госконтрактов на более чем 35 миллионов рублей.

Правда, в последние пару лет позиции на рынке у фирмы несколько пошатнулись. По странному стечению обстоятельств это совпало с арестом министра здравоохранения Ростовской области Татьяны Быковской в конце 2019 года. Тогда против неё возбудили уголовное дело после проверки деятельности министерства Федеральной антимонопольной службой. ФАС тогда обнаружила признаки нарушения при проведении госзакупок в области в 2017–2018 годах.

Фото © ТАСС / Шарифулин Валерий

Из центра ушли или были уволены 25 профессиональных докторов

Верховный суд Башкирии отказал в удовлетворении иска о защите чести и достоинства директору Всероссийского центра глазной и пластической хирургии Радику Кадырову. Г-н Кадыров настаивал, что наше издание и знаменитый на весь мир профессор Эрнст Мулдашев опорочили его репутацию, принеся невыносимые моральные страдания, которые он оценил в 2,5 млн рублей.

Врачебные ошибки

Однако и Ленинский районный суд Уфы, а затем и Верховная Фемида Башкирии отказали г-ну Кадырову в его притязаниях, подтвердив, что все написанное журналистами — правда.

В публикации, которая так не понравилась руководителю созданного Эрнстом Мулдашевым центра, речь шла о том, что как только Радик Кадыров возглавил всемирно известное медицинское учреждение, здесь начались странные дела. Первое, что сделал назначенный директор, он удалил от какого-либо влияния основателя центра — доктора Мулдашева, запретив ему официальным циркуляром «вмешиваться в кадровую, финансовую, административно-управленческую и хозяйственную деятельность». А потом и нейтрализовал всю его команду. За минувшие два года из центра ушли или были уволены 25 профессиональных докторов, многие из которых имеют мировые имена.

Ирония в том, что Радика Кадырова можно причислить к когорте учеников светила мировой офтальмологии, несмотря на то, что сам он теперь Эрнста Мулдашева наставником не считает. Однако в свое время именитый профессор рекомендовал его на пост руководителя клиники. И надо же так тому случиться, что известный библейский сюжет воплотился в Уфе. Похоже, ученик не только предал своего учителя, но и, вполне вероятно, пошел на это из-за пресловутых 30 сребреников.

Эрнст Мулдашев — изобретатель уникальной регенеративной медицинской методики — восстановления поврежденных тканей с помощью аллопланта. Вот из-за этого изобретения, возможно, и началось преследование знаменитого доктора.

Эрнст Мулдашев, как любой талантливый человек — не от мира сего. В свое время он оформил патент на свое ноу-хау не на себя, а на созданный им центр. Уникальную методику хотели бы заполучить все ведущие клиники мира, а в Америке, по словам Эрнста Рифгатовича, готовы были купить ее за 220 млн долларов. И как-то так вышло, что дочь Радика Кадырова — гражданка США, которая вполне может провести все необходимые переговоры с местными больницами, жаждущими аллоплант. Не менее удивительно, что в помощниках гендиректора ходит некий Айдар Ахунов, который является фигурантом сразу трех уголовных дел за вымогательство.

Интересно, что, когда г-н Кадыров отправился в суд, чтобы отстоять свою, как ему казалось, поруганную репутацию, он требовал признать несоответствующей действительности информацию, что его дочь живет в Соединенных Штатах. На что надеялся Радик Завилович, опровергая этот факт: что дочь отречется от него или порвет свой американский паспорт?

Зато сведения о том, что директор центра устроил на работу свою жену, которая получает зарплату больше, чем остальные сотрудники, и еще четырех своих родственников, которых также не обидел жалованьем, г-н Кадыров почему-то не оспаривал. Наверное, потому, что понимал, что здесь его журналисты поймали за руку.

Но особенные нравственные страдания директору центра принес рассказ о том, что он живет в огромном особняке с охраной в элитном коттеджном поселке, а Эрнст Мулдашев — в обычной двухкомнатной квартире. Это так уязвило г-на Кадырова, что он надеялся доказать в суде, что квартира Эрнста Рифгатовича — не «обычная», а составляет, по данным г-на Кадырова, 102 квадратных метра. Что здесь так возмутило Радика Завиловича, осталось непонятным даже судьям. Может то, что жилище прославленного доктора составляет меньше трети от его загородного дома? Или что профессор, основавший клинику, вылечивший десятки тысяч человек и давший миру уникальные технологии лечения, в принципе не может иметь квартиру, а должен жить на работе?

Впрочем, по уровню претензий можно прийти к мнению, что доктору Мулдашеву пришлось столкнуться с мракобесием в чистом виде, когда ревность, зависть и злость затмевают все человеческое.

Умыли руки

Однако, несмотря на то, что представители и районной, и верховной Фемиды отбрили директора клиники, пожелавшего наказать светоча медицины через суд, эта тяжба, похоже, ничему не научила г-на Кадырова.

— В клинике по-прежнему продолжается преследование людей, которые работают в моей команде, — сетует Эрнст Мулдашев. — Наветы, кляузы, наушничество — вот, что сегодня процветает в центре, ранее известном на весь мир. Уникальность центра находится под угрозой — в профессиональном плане мировая клиника превращается в обычную периферийную больничку.

Чему, впрочем, можно найти объяснения, если задаться вопросом: как стараниями гендиректора здесь закрылись восемь новаторских перспективных отделений, таких как регенеративная терапия и омоложение, ортопедия, регенеративная стоматология, психофизиологическая коррекции зрения, визометрия и другие? И только потому, что все они работали по мулдашевским методикам?

Правда, все пациенты до сих пор называют клинику «мулдашевской» и рвутся сюда со всего мира.

— К сожалению, у нас в Казахстане докторов такого уровня, как Эрнст Мулдашев, нет, — объясняет Гульнара Байбекова, которая вместе с мужем, несмотря на закрытые из-за коронавируса границы, смогла прорваться на перекладных в Уфу из Алматы, преодолев 2,5 тысячи километров. — Оперироваться у профессора Мулдашева для меня — последний шанс. Сегодня время работает против меня.

Гульнаре поставили диагноз «острый неврит зрительного нерва». Хирургически восстанавливать это поражение во всем мире научился только Эрнст Рифгатович, разработав собственную методику субсклерального шунтирования. Это высочайшее достижение микрохирургии, когда придуманный профессором насос отсасывает отек, который сдавливает зрительный нерв. И эта технология спасла зрение многим людям.

— Но это очень тонкая, очень сложная операция, которая делается фактически с помощью чувств на кончиках пальцев, — рассказывает профессор. — И делать ее следует на одном дыхании в стерильнейших условиях, так как головной мозг очень близок к оперируемому месту — одно неверное движение может убить. Кроме того, и промедление здесь смерти подобно, потому что отек может уничтожить нерв за несколько дней.

Но так случилось, что в марте этого года главный операционный блок, где 20 лет без единого гнойного осложнения оперировал Эрнст Мулдашев, закрыл Роспотребнадзор, выписав руководству клиники предписание устранить все выявленные недостатки. На дворе уже конец октября, а выполнять предписание, похоже, никто не торопится. И можно догадаться почему: ведь в главном операционном блоке делались все знаменитые сложные мулдашевские операции, которые невозможно, да и просто опасно проводить в другой операционной, находящейся рядом с гнойным ЛОР-отделением и не имеющей нужной стерильности.

И теперь, зная характер директора клиники, можно предположить, что закрытие операционной совпало с его интересами «изолировать» ненавистного профессора.

Только если это действительно акт мести, то в таком случае директору было бы нелишним задуматься, что неисполнение предписаний надзирающего органа влечет административную ответственность, а если из-за бездействия руководителя умрет человек, то и уголовную. И как может быть воспринята ситуация, когда многим больным закрывается доступ к единственно возможному лечению и по сути последнему шансу выздороветь, за которым они едут в знаменитый глазной центр в Уфе? Профессор Мулдашев делает около тысячи операций в год, значит, столько людей может потерять возможность обрести зрение.

— Пациентку, приехавшую из Казахстана, мне пришлось прооперировать в этой неприспособленной для сложных вмешательств операционной, потому что эта операция была ургентной — то есть срочной, — рассказывает доктор Мулдашев. — Любое промедление отнимало у нее шанс восстановить глаза. Но чего мне стоило оперировать в нестерильных и неприспособленном для таких операций условиях! И самое главное, я очень боялся за жизнь пациентки, потому что любое инфекционное осложнение для нее стало бы смертельным.

С Гульнарой из Казахстана несчастья не случилось. Сегодня она восстанавливается после сложнейшей операции и уже начинает видеть очертания предметов. Она не останется слепым инвалидом, которым могла стать, если бы мужественно не преодолела все преграды и не оказалась в руках Эрнста Мулдашева.

А ведь профессор Мулдашев и его золотые руки хирурга — достояние республики, которое нужно хранить и оберегать. Однако все в точности до наоборот. Как можно спокойно смотреть на то, что основателя знаменитого на весь мир медучреждения лишили операционной, медсестер, кабинета, связи, а теперь еще и отобрали… машину?

— С работы меня вечером иногда кто-нибудь подбрасывает, — рассказывает Эрнст Рифгатович. — На работу езжу на такси или подвозит жена.

Но, похоже, это не единственное издевательство, которому подвергается человек, чьему дарованию поклоняется весь мир.

На минувшей неделе доктор Мулдашев прооперировал 12 человек в Ишибайской районной больнице совершенно бесплатно. Хирург принял участие в благотворительной акции, посвященной Дню города. Во время операций доктор использовал изобретенный им аллоплант. И теперь 113 тысяч рублей, стоимость этого расходного материала, по разумению директора центра Радика Кадырова, может выплатить старшая медсестра, которая его получала для того, чтобы ишимбайцы обрели зрение.

— Я уже написал письмо директору, что возьму эти расходы на себя, — говорит Эрнст Рифгатович. — К сожалению, в руководящем кресле центра, по моему мнению, оказался непробиваемый бюрократ. Но если бы все решала бюрократия, науки бы не было.

Похоже, г-н Кадыров в суете бюрократических дней забыл, что здание центра строила республика, вложив внушительные средства, а его управленческая работа и нынешнее директорское кресло вряд ли бы стали реальностью без успехов, талантов и пробивных способностей Эрнста Мулдашева.


Источник: ufa.mk.ru
Медицинский центр доктор захарова уфаМиллионы из кислорода
Медицинский центр доктор захарова уфаСледственное управление Следственного комитета по Ростовской области разбирается в причинах массовой смерти сразу 13 пациентов и главврача городской больницы № 20. Версия о том, что их смерть связана с нехваткой медицинского кислорода, остаётся рабочей. Как выяснил Лайф, в Ростове сложилась странная ситуация с поставкой кислорода: на рынке правят бал частники, диктующие больницам свои условия и цены. Главного поставщика кислорода, в том числе и для больницы № 20, надзорные органы уже ловили на нарушениях. Избавиться от этой зависимости больницы не могут — с подачи местного Минздрава государственную кислородную станцию законсервировали, потому что якобы выгоднее покупать кислород у коммерсантов.

Миллионы из кислорода. Как чиновники в Ростове помогли частникам зарабатывать на больницах

" src="https://static.life.ru/publications/2020/9/28/815096923628.441-2400x.jpg" loading="lazy" style="width:100%;height:100%;object-fit:cover"/>

Следственное управление Следственного комитета по Ростовской области разбирается в причинах массовой смерти сразу 13 пациентов и главврача городской больницы № 20. Версия о том, что их смерть связана с нехваткой медицинского кислорода, остаётся рабочей. Как выяснил Лайф, в Ростове сложилась странная ситуация с поставкой кислорода: на рынке правят бал частники, диктующие больницам свои условия и цены. Главного поставщика кислорода, в том числе и для больницы № 20, надзорные органы уже ловили на нарушениях. Избавиться от этой зависимости больницы не могут — с подачи местного Минздрава государственную кислородную станцию законсервировали, потому что якобы выгоднее покупать кислород у коммерсантов.

Трагедия произошла в ночь на 12 октября в ростовской больнице № 20, куда теперь отправляют больных с коронавирусом. Анестезиолог-реаниматолог Артур Топоров, который в ту ночь заступил на дежурство, рассказал Лайфу, как всё произошло.

— В эту ночную смену на нас, двух докторов, приходилось 25–27 больных. С самого начала смены в 21:00 кислород снижался. После звонка в кислородную ситуация поправилась, но нормального давления достичь не удалось. С 22:10 кислородная стрелка упала до нуля. Кислородная служба отметила тот факт, что кислорода нет. Руководство больницы было информировано о сбоях в подаче кислорода. Возможно, что к поставщику кислорода есть вопросы. За сутки 11 октября в нашей реанимации умерло семеро. А во втором моногоспитале в отделении реанимации, со слов докторов, ещё шесть человек скончались, — рассказал Топоров.

Врач говорит, что перебои в снабжении больных кислородом в больнице № 20 случались и прежде. Хотя по нормативам, и тем более в период пандемии, кислорода всегда должно быть в избытке. Впрочем, ещё 15 октября тогда ещё министр здравоохранения Ростовской области Татьяна Быковская призналась, что "на 100% обеспечены кислородом лишь 70% коек".

Сейчас Следственный комитет пытается понять точную причину и очертить круг потенциальных виновников этой трагедии. Впрочем, высокопоставленные медицинские чиновники дожидаться результатов не стали: свои должности уже оставили глава областного Минздрава Татьяна Быковская, занимающая кресло министра с 2004 года, и руководитель горздрава Ростова-на-Дону Надежда Левицкая.

Все надежды умерли за ночь. Родные задохнувшихся пациентов ковидной больницы рассказывают одинаковые истории

Версия о том, что люди погибли из-за недостатка кислорода, может быть вполне реальной. Как выяснил Лайф, на 2020 год больница № 20 закупила у своего постоянного поставщика — фирмы "Оксиген" — в полтора раза меньше кислорода, чем годом ранее: 25,3 тыс. баллонов на год вместо 38,5 тыс. Это следует из документов закупок больницы.

Но в 2020 году Россию накрыла пандемия коронавируса, и медицинский кислород стал жизненно важным и самым востребованным препаратом, в том числе и в Ростовской области. Необходимо было срочно пересмотреть контракты, потому что поставщики не всегда имеют возможность оперативно реагировать на возросшие объёмы.

Лайф выяснил, что в сентябре 20-я больница стала докупать медицинский кислород, причём по более дорогой цене. Интересно, что впервые за несколько лет к больнице допустили других местных поставщиков кислорода. Например, фирму "Спецхимтранс", которая продаёт кислород по цене 458 рублей за баллон. "Оксиген" до последнего времени продавал баллон за 432 рубля.

В ситуации с обеспечением медицинским кислородом в больнице № 20 есть странности, на которые должен обратить внимание Следственный комитет. Так, менеджер одной из кислородных компаний Ростова, который заправляет баллоны в соседнем с Ростовом Новочеркасске, рассказал Лайфу, что с сентября этого года неоднократно встречает на станции машины из этой больницы. Он утверждает, что больница забирает там большие объёмы.

— Мне непонятно, куда они столько газа берут и куда его девают. Ведь по правилам, если ты, например, заправляешь 100 баллонов, то, значит, должен привезти на заправку столько же пустых. И так каждый день. Нет там столько больных, чтобы такое их количество расходовать, — рассказал собеседник Лайфа.

Он предполагает, что представители 20-й больницы стравливают газ из большей части ёмкостей, чтобы закупать за бюджетные деньги новые партии. Если это так, тогда следствию необходимо выяснить, кто из руководства больницы подаёт объёмы закупок кислорода и кто из чиновников местного Минздрава одобряет их оплату.

Фото © ТАСС / Александр Демьянчук

Крупнейшим поставщиком кислорода для медучреждений Ростова-на-Дону и области, в том числе и для 20-й больницы, является местная компания "Оксиген". Судьба этой фирмы очень примечательная: когда строили городской перинатальный центр, то через дорогу от него, на улице Бодрая, дом 88/35, возвели и кислородную станцию. Оттуда к ПЦ провели трубы для перегонки кислорода.

Вскоре государственная кислородная станция волшебным образом стала частной — ООО "Оксиген". Её владельцем в своё время были бывший заместитель главного врача 2-й больницы Олег Столяров и замглавврача больницы скорой медицинской помощи Ростова Александр Редькин. В 2010 году в "Оксигене" появилась третья собственница — Жанна Гомелаури. Ещё через четыре года она осталась единственным владельцем фирмы.

С тех пор дела фирмы идут в гору. Из года в год растёт количество госзаказов на поставку кислорода и доходы от них. Клиентами "Оксигена" являются как ростовские городские медучреждения и станции скорой помощи, так и районные областные больницы. К концу 2018 года фирма взяла 12 госконтрактов на более чем 35 миллионов рублей.

Правда, в последние пару лет позиции на рынке у фирмы несколько пошатнулись. По странному стечению обстоятельств это совпало с арестом министра здравоохранения Ростовской области Татьяны Быковской в конце 2019 года. Тогда против неё возбудили уголовное дело после проверки деятельности министерства Федеральной антимонопольной службой. ФАС тогда обнаружила признаки нарушения при проведении госзакупок в области в 2017–2018 годах.

Фото © ТАСС / Шарифулин Валерий

Несмотря на то что в итоге Быковская уголовного преследования избежала, у "Оксигена" появились проблемы с лицензиями. Лайф выяснил, что в марте 2019 года и в феврале 2020-го ревизоры Минпромторга проводили внеплановые проверки в "Оксигене" и нашли нарушения лицензионных требований при производстве медицинских препаратов. Учитывая, что основная продукция фирмы — медицинский кислород, речь может идти о качестве продукции.

Конкуренты Минздраву не нужны

"Оксиген" не всегда был королём местного рынка кислорода. В 2014 году ситуацию попытался изменить главврач Ростовского областного перинатального центра (ПЦ) Валерий Буштырев.

С 2010 года его ПЦ тоже закупал кислород у фирмы "Оксиген". Изначально центр тратил порядка 200 тысяч рублей в месяц на кислород, затем расходы увеличились и иногда доходили до 800 тысяч. Буштырев рассказал, что "Оксиген" был недобросовестным поставщиком, постоянно повышал цены и якобы даже грозил отключением кислорода. Таким образом, Минздрав загнал ПЦ в кабалу к "Оксигену", спуская бюджетные деньги. Главврач ПЦ просил у Минздрава построить собственный кислородный центр.

— Областной Минздрав отказал нам в строительстве собственной кислородной станции, поэтому ПЦ не имел возможности ни производить кислород самостоятельно, ни привлекать никого, кроме "Оксигена", в качестве поставщика кислорода, — пояснил Буштырев.

В 2014 году Буштырев смог "пробить" у региональных властей кислородную станцию для нужд ПЦ. При этом расчётная мощность станции позволяла производить и продавать кислород практически для всех медицинских потребителей в городе. Стоимость строительства составила около 16,5 млн рублей. По мощности она должна была быть такой же, что сейчас используется в "Оксигене".

Станция какое-то время работала, но затем Буштырев стал фигурантом уголовного дела о незаконном производстве медицинского кислорода. Якобы он не зарегистрировал его как медицинский препарат. Однако сам медик и его адвокаты доказали, что кислород используется для внутренних нужд медицинского учреждения, не продаётся на сторону, поэтому каких-то дополнительных регистраций и формальностей не требует. Дело было прекращено, Буштыреву принесли извинения. Однако и сама государственная кислородная станция, которая могла бы обеспечить потребности больниц, была закрыта и законсервирована.

Назад в 90-е. В Ленобласти застрелен отец экс-гонщика "Формулы-1" выборгский депутат Петров

Сам Буштырев подозревает, что кислородная станция остановилась не просто так: перинатальный центр готовили привязать к частному монопольному поставщику кислорода — "Оксигену", что вскоре и произошло.

— В ситуации с "Оксигеном" обидно то, что оборудование, которое покупалось на бюджетные деньги для нужд пациентов наших больниц, неожиданно попало в руки коммерсантов. Это, я считаю, преступление. Новый главврач ПЦ говорит о построенной мной кислородной станции, что она попросту не нужна и центру выгодней закупать кислород у частников. Я подозреваю, что и эта установка таким же образом однажды будет приватизирована бизнесменами от медицины, — пояснил Буштырев.

Бывший главврач ПЦ пояснил, что только государственная станция могла бы сейчас давать кислород, который необходим именно для аппаратов ИВЛ.

— Кислород, используемый в медицине, очень разный. Сейчас популярны так называемые модульные портативные кислородные станции. Многие учреждения, особенно в коронакризис, начали их закупать. Да, это оборудование сертифицировано и производит медицинский кислород. Но его содержание в общем объёме подаваемого пациенту газа может быть около 90%. Это годится для, например, кислородных масок, поддерживающей терапии, но совершенно не годится для того же ИВЛ. Там чистота смеси должна быть 95% или выше. Установка, которую я построил на территории перинатального центра, давала качество смеси с содержанием кислорода 99%. Мы тщательно следили за результатом, — пояснил Буштырев.

По его мнению, смерть пациентов в 20-й городской больнице вполне могла стать результатом подобного "трепетного" отношения к "Оксигену" со стороны властей.

В региональном Управлении Федеральной антимонопольной службы (УФАС) пока не видят проблем.

— Никаких дел в отношении компании "Оксиген" в производстве ведомства не находится. Для этого должны быть основания, — заявил Лайфу представитель УФАС. — Сейчас в СМИ появились сообщения, что "Оксиген" является монополистом, однако никто из участников рынка производителей кислорода не подавал жалоб на действия этой компании. Пока мы следим за ситуацией.

Представители "Оксигена" отказались от комментариев.

— В самом начале, когда случилась трагедия с 20-й больницей, наш руководитель Жанна Гомелаури решила поступить честно и прокомментировать ситуацию. Её слова исказили, поэтому извините, но больше комментариев на эту тему мы не даём, — сообщили Лайфу в компании.

Лайф направил вопросы в Минздрав Ростовской области и региональный Росздравнадзор, однако на момент публикации ответы не получил.


Источник: life.ru
Медицинский центр доктор захарова уфаВрачи из московского и уфимского госпиталей развеяли мифы о коронавирусе
Медицинский центр доктор захарова уфаВрач инфекционного госпиталя в Зубово Глеб Глебов и его коллега, врач и заведующий отделением МРТ и КТ диагностики ГКБ им. М.П. Кончаловского Борис Броде…

Медицинский центр доктор захарова уфа

Врачи из московского и уфимского госпиталей развеяли мифы о коронавирусе Фото: инстаграм Глеба Глебова

Врач инфекционного госпиталя в Зубово Глеб Глебов и его коллега, врач и заведующий отделением МРТ и КТ диагностики ГКБ им. М.П. Кончаловского Борис Бродецкий организовали в социальной сети «Инстаграм» прямой эфир с ответами на самые распространенные вопросы о диагностике и лечении коронавируса.

1. Нужно ли делать компьютерную томографию легких при первых симптомах коронавируса?

Б.Б: У 80 процентов зараженных коронавирус протекает в легкой форме или бессимптомно. Исходя из этого можно предположить, что этим людям лечение не нужно. 20 процентов — потребуют наблюдения, а 5 процентам может потребоваться реанимация. В медицине есть такое понятие, как исход заболевания. Благоприятный — выздоровление. У большей части людей исход ковида не зависит от каких-либо манипуляций в середине болезни.

Врач отмечает, что при получении результата КТ, на котором незначительные поражения легких, тактика лечения не меняется. Ведущей является клиника — если у пациента наблюдаются факторы риска — возраст 65+, астма, диабет, ХОБЛ, онкология — тогда дают направление на томографию. Однако это исследование не выявляет сам коронавирус, единственный метод диагностирования — это ПЦР-исследование.

Б.Б: Стоит отметить, что при КТ человек испытывает значительную лучевую нагрузку, в несколько раз превышающую излучение при рентген-исследовании. Это ионизирующее излучение, это не полезно. Нагрузка в 10 раз больше, чем при рентгене. Конечно, она далека от пороговых нагрузок, но без назначения и показаний ее делать не надо. Поэтому КТ не может быть скрининговым методом диагностики.

2. У всех зараженных коронавирусом будет пневмония?

Б.Б.: Не у всех пациентов. Даже поражение 25 процентов не является показанием к госпитализации. Бежать и требовать КТ — бессмысленное мероприятие. Если сделать КТ раньше времени — можно потерять нужную в случае с коронавирусом настороженность. При госпитализации в стационар без достаточных на то оснований можно получить дополнительную вирусную нагрузку и уж точно заболеть. Мы ориентируемся на сатурацию — одышка больше 22 вдохов в минуту, показания пульсоксиметров. КТ является лишь одним из критериев и не является ведущим. Чем хорош этот метод — врачи получают информацию очень быстро, чувствительность метода высокая — если пневмония есть, мы ее видим. Также КТ становится методом сортировки, особенно в условиях стационара. В амбулаторной практике в этом нет смысла.

Г.Г.: Чем отличается картина коронавирусной пневмонии от обычной?

Б.Б.: В 2020 году, если я вижу распределение «матовых стекол», значит, это вирусная пневмония и коронавирусная. Матовые стекла раньше мы видели при разных заболеваниях, в настоящее время частота, с которой мы с ними встречаемся, вероятно, связана с коронавирусом.

Г.Г. Возможно ли по флюорографии определить пневмонию?

Б.Б.: Нет, ковидную пневмонию определить нельзя. У КТ же чувствительность 90 процентов.

Борис отметил, что сам перенес коронавирус, но он не делал себе компьютерную томографию, так как не видел в этом смысла: у него была температура 37 градусов, одышки не было. Был в изоляции. Пил витамины и морс.

Врачи также пояснили применение антибиотиков при лечении пневмоний.

Г.Г.: Есть лечение в стационаре, есть амбулаторное. Сейчас врачи существуют в условиях медицинского военного времени. У терапевтов физически нет возможности применять индивидуальный подход — практикуется назначение медикаментов по телефону, через мессенджеры. Если цефтриаксон не помогает, подключают левофлаксацин. Отмечу, что на 7 сутки он теряет эффективность. Также применение антибиотиков в начале болезни без показаний к их использованию может навредить и течение болезни усложнится. Подчеркиваю: поражение легких при пневмониях сейчас идет не за счет бактерий, а за счет клеток железа — они и показывают участки матового стекла. В таком случае антибиотики просто неэффективны! Лечим антикоагулянтами.

Б.Б.: Разумеется, в рамках АКТЦ берем анализы крови, исследуем количество с-реактивного белка, прокольцитонина. Даже при поражении легких нет лейкоцитоза — вот и ответ — о целесообразности применения антибиотиков. Приоритет отдается клиническим признакам. Бывает, даже при поражении легких 60 процентов сатурация (снабжение крови кислородом) сохраняется на уровне 98 процентов (норма). Человека могут выписать из стационара.

3.Когда делать повторное контрольное КТ?

Б.Б.: Как правило, то, что мы видим на КТ, коррелирует с клиникой. Однако показания на исследовании могут ухудшаться, несмотря на улучшение самочувствия — обычно наблюдается отставание клинической картины от КТ на две недели.

При поражении легких менее 25 процентов повторное исследование делать не нужно. О том, что легкие не восстанавливаются после коронавируса — таких данных нет. Общей истории болезни всего шесть месяцев, и данные больших исследований только поступают.

В обычное время сильные пневмонии тоже вызывают фиброз. Если все хорошо, то и дополнительно проверяться не нужно. Если было серьезное поражение, то можно сделать КТ через три месяца.

Г.Г.: Надо понимать, что коронавирус — это не что-то калечащее. Да, есть пациенты со значительным поражением легких, больше 90%, и они становятся кислородозависимыми. Тогда родные приобретают кислородные концентраторы домой, и они выписываются домой, главное, они остались в живых.

Б.Б.: При картине КТ1, КТ2 мы наблюдаем последующее восстановление человека в норму. Шрамов, фиброзов у него нет, коронавирус не оставляет в легких следов, как оспа. Легкие восстанавливаются.

Глеб Глебов также прокомментировал назначение гормональных препаратов. Терапевты назначают доксиметазон, а у пациентов с сахарным диабетом он значительно повышает сахар, что ухудшает течение болезни.

Г.Г. : Как в Москве обстановка?

Б.Б.: Мы получаем статистику — от штаба и СМИ, на мой взгляд, вся информация открыта. Есть рост. Серьезно ли все? Да.

Г.Г.: Как изменилась твоя жизнь после коронавируса?

Б.Б.: Появились новые привычки. Контролируешь, где твои руки, что трогаешь, как их моешь. Носим маски, меньше контактов. Правильное бытовое поведение — не трогать глаза, ношение маски в нужных местах, перчатки. Надо беречь близких, особенно старше 65 лет. К сожалению, многие, пока рядом не увидят трагедию — не реагируют. Это не миф, не заговор мирового правительства. Все серьезно, нужно вести себя разумно, чтобы сохранить свое здоровье.


Источник: www.bashinform.ru